Возникает вопрос: каким образом Казахстан сможет перераспределить нефтяные потоки и как это отразится на экономике страны?
По мнению эксперта Qazaq Expert Club в сфере транспортной логистики Айнур Дивеевой, маршрут через трубопровод «Атырау — Самара» с выходом в систему «Дружба» является *отлаженной и эффективной цепочкой поставок казахстанской нефти в Европу.*
«Любая его остановка нарушает логистический баланс и влияет на устойчивость всей цепочки поставок», — отмечает она.
В краткосрочной перспективе, по словам эксперта, рынок будет реагировать перераспределением потоков.
«Часть объемов будет направлена по альтернативным маршрутам, прежде всего *через Каспий с выходом на Транскаспийское направление.*
Однако такие маршруты более затратны и сложны, поэтому быстро и в полном объеме заместить северное направление не получится», — поясняет Дивеева.
При этом, как отмечает эксперт, структура экспорта Казахстана уже не является одноканальной. За последние годы были *проработаны альтернативные маршруты,* что позволяет системе адаптироваться к подобным сбоям без критического влияния на общий объем поставок.
Эксперт Qazaq Expert Club, финансист Венера Жаналина добавляет, что если, по словам министра, на май 2026 года по направлению «Атырау — Самара» объемы равны нулю, то проблема затрагивает как минимум ближайший период.
При этом, по данным Минэнерго, на данное направление приходится порядка *3 млн тонн в год, или около 3,7%* от общего нефтяного экспорта Казахстана.
«В 2025 году фактические поставки составили около *2,1 млн тонн, что соответствует примерно 2,6%.* Это означает, что в масштабах всей экономики речь идет о сравнительно небольшой доле, поэтому одномоментного макроэкономического удара ожидать не стоит», — отмечает Жаналина.
По ее словам, ключевой эффект заключается не столько в объемах, сколько в росте логистических и транзитных рисков. Это приводит к *увеличению неопределенности для экспортеров,* удорожанию перенаправления потоков и давлению на маржинальность.
«Даже при сохранении объемов добычи экспортная модель становится менее предсказуемой: возрастает риск сбоев, усложняется планирование и снижается устойчивость денежных потоков», — поясняет эксперт.
Оба эксперта сходятся во мнении, что речь идет не только о разовой технической ситуации, а о проявлении системных рисков, с которыми рынок сталкивается на протяжении последних лет. При этом *накопленный опыт и наличие альтернативных маршрутов* позволяют рассматривать такие эпизоды как управляемый риск, а не как фактор системной нестабильности.
Похожие материалы
